Психогенные душевные расстройства

До сих пор в наших наблюдениях мы познакомились с рядом соматических вредных агентов, которые могут вызывать душевные расстройства. Мы говорили далее о болезненных формах, причины которых пока неизвестны, но вероятно коренятся во внутренних изменениях в организме. Напротив, мы едва коснулись той области болезнетворных агентов, которой в этом отношении издавна придавалось особенно большое значение — а именно душевным влияниям. В действительности они играют сравнительно незначительную роль в происхождении помешательства и должны быть рассматриваемы по большей части лишь как вызывающий повод при заболеваниях, подготовленных другими причинами. Но даже там, где о них можно говорить как о действительной причине расстройства, как правило удается обнаружить, что благоприятную предпосылку для их действия образовало болезненное предрасположение.

Вы сегодня видите перед собою жену купца 41 года (случай 52), которая сидит в постели с распущенными волосами, согнувшись вперед, с лицом закрытым руками. На вопросы она сначала не дает ответа, наконец шепотом называет свое имя, осматривается растерянно кругом, что-то хватает и кричит: “прочь, прочь, там тоже злой дух! Я умертвила дитя!” С плачем она просит: “не рубите только головы, только головы не рубите”: и затем причитает тихо про себя: “бедный, бедный, он хочет что-нибудь сделать моему доктору и денег он также хочет, бедный! О Боже, если бы я только имела свою голову; это не моя голова, уши ли это? настоящие уши?”. Она думает, что на лбу у неё рога, хватает их. Из лежащей около нее бумаги она делает кучу вырезанных детских фигурок, пеленает куклу, сделанную из выеденной булки, набитой ватой, на шее она носит изображение мужчины, вырезанное из журнала. Она начинает играть с куклой, старается всунуть ей в рот маленькие бумажные шарики, держит ее у груди как бы для кормления и заявляет, что она умертвила, задушила своего 10-ти дневного ребенка. Ее пальцы в крови, так как она должна выцарапать из-под пола мальчика, который там находится; затем она начинает царапать пол. Внезапно она снова закрывает лицо руками и с плачем жалуется: “я не могу есть человеческого мяса, не могу; я ему должна дать денег, иначе он меня убьет”.

Если мы постараемся вступить с больной в общение, то на нее находит какая-то бессмысленность. Когда ее спрашивают, она растерянно смотрит, качает головой, хватается за лоб, хватает рукой воздух, как будто хочет что-то поймать и повторяет вопрос, прибавляя: “я не могу этого схватить”. Свой возраст обозначает 43 года, год рождения называет правильно, место нахождения — “Мюнхен, в клинике, где они снимают рога”. Года, месяца, числа она не может назвать; время она обозначает совершенно неправильно. Врача называет: “господин прокурор”.

На вопрос, больна ли она, отвечает утвердительно и прибавляет: “с головой никогда я не могу жить”. Говорит, что она незамужняя, но детей у нее много. Предметы называет правильно. Самые же простые вычисления делает неправильно, утверждает, что 2х2 = 3;3х3 = 7и начинает причитать, когда ей предлагают дальнейшие вопросы в этом роде: “О Боже, Боже! я не могу этого передать, раньше я могла все передать”. Подобный же ответ она повторяет, когда ее спрашивают о ее прошлой жизни; в то же время спутанно и бессвязно сообщает, что она задушила ребенка и бросила в мусорную корзину; ее муж давно сгнил; ее нужно бросить вниз в погреб на солому; она должна всю жизнь чистить сапоги. Показанный перочинный ножик называет часами, монету в 5 пфенингов принимает за 2 пфенинга. На вопрос, сколько у нее глаз — отвечает 7, носа у нее 3. При соматическом исследовании этой бледной и плохо упитанной больной обнаруживается полная нечувствительность всей кожи к уколам булавкой, концентрическое сужение поля зрения с обоих сторон, чувствительность при давлении в области сосков и Вассермановская реакция в крови. В цереброспинальной жидкости не обнаруживается никаких болезненных уклонений, так что нет оснований признавать сифилитическое поражение мозга.

Наиболее выдающимися чертами данной картины болезни являются — своеобразная бессмысленность и неясность сознания, отмечаемая самою больною неспособность дать сведения о своей жизни и личных отношениях, неправильные ответы на самые простые вопросы наряду с сильно развитыми фантастическими представлениями, чудовищные самообвинения, детски игривые выходки, наконец отсутствие болевой чувствительности и сужение поля зрения. Такая группировка болезненных явлений, могущая вызвать подозрение в намеренной симуляции, позволяет нам со значительной степенью вероятности предположить, что больная находится под влиянием сильного эмоционального шока. Прежде всего ясно, что неправильное решение самых простых задач на числа, неузнавание предметов ежедневного обихода, утверждение, что у нее 3 носа или 7 глаз, — при наличности умственной подвижности больной, не могут быть рассматриваемы, как признак глубокого слабоумия. Скорее мы имеем здесь перед собою “разговор мимо темы” (Vorbeirden), уклонение от правильных ответов из болезненных оснований. Такое явление может быть обусловлено негативизмом при раннем слабоумии. Но там обыкновенно даются ответы совершенно бессмысленные, никакого отношения не имеющие к вопросам, между тем как наша больная вникает в смысл речи, но видимо намеренно уклоняется от ближайшего само собою разумеющегося ответа. Это обстоятельство указывает на то, что мы здесь имеем дело с “явлением вытеснения”. Больная старается избегнуть представлений, возникающих в связи с окружающим. Такое толкование подтверждается невозможностью узнать от нее что-либо о ее положении, извращением ею временных дат, уклончивостью хода ее мыслей и живо подчеркнутыми уверениями, что она ничего не может. Как раз эта последняя черта, бесплодное старание пойти навстречу собеседнику существенно отличается от поведения негативистического больного. Нечувствительность кожи к болевым раздражениям и концентрическое сужение поля зрения также могут быть рассматриваемы, как явления вытеснения, поскольку здесь группе раздражений органов чувств закрыт доступ к сознанию.

Причиной вытеснения являются обыкновенно эмоциональные влияния, непреодолимое желание избегнуть известного рода соприкосновений с внешним миром. Мы здесь имеем дело с одной из форм выражения известного явления, что неприятные душевные переживания помрачают сознание и расстраивают восприятия, способность запоминания и рассуждения. Какого рода влияния могли здесь иметь место, которые могли бы вызвать стремление к вытеснению, можно заключить с известной долей вероятности, как из некоторых выражений больной, так и из общего опыта, что подобного рода расстройства чаще всего наблюдаются у подследственных заключенных. Мы слышим, что больная обвиняет себя в детоубийстве, врача называет прокурором и говорит об угрожающем ей наказании. Можно таким образом предположить, что она совершила наказуемое деяние, хотя ее показания, именно вследствие наклонности к вытеснению, вряд ли соответствуют действительному содержанию дела.

Из краткого анамнеза мы узнаем, что отец нашей больной был почтенный человек, между тем как брат матери, а также брат больной были алкоголики; сестра страдала эпилепсией. Больная училась хорошо, вышла замуж 11 лет тому назад и стала сильно пить, будто бы вследствие желудочных спазмов. Она была любительницей удовольствий, делала долги, вела себя слишком свободно в половом отношении, после того как разошлась со своим мужем; в это время она заразилась сифилисом. Выдавая себя за незамужнюю, она поддерживала несколько любовных связей, между прочим с одним врачом, у которого она старалась вымогать деньги под предлогом, что он произвел у нее выкидыш и обещал ей большую сумму денег. Она имела 6 выкидышей; один ребенок умер маленьким от слабости, другой живет. Так как врач относился уклончиво к ее требованиям, то она подделала под руководством какого-то темного господина несколько векселей на его имя и совершила ряд других мошенничеств, которые и привели ее в тюрьму 6 месяцев тому назад. В заключении, которое было прервано 4-х недельным пребыванием в психиатрической больнице, у нее развилось постепенно нынешнее состояние. Больная и раньше отличалась наклонностью к хвастовству, лжи и произвольным прикрасам своих рассказов. Кроме того, она была очень раздражительна, приходила временами в состояние бессмысленного бешенства, бросалась на пол с пеной у рта, дико била все вокруг себя.

Если мы спросим больную относительно подделки векселей и участников этого дела, то мы натолкнемся на полное отрицание. Она решительно ничего об этом не знает, не знает этих лиц, и снова возвращается к тому, что она со своим “Сеппи”, врачом, убивала детей и поэтому находится под следствием; ей отрубят голову, ее бросят в темный погреб. Своего мужа она застрелила. Замечательно, что в течение эфирного наркоза, при котором она пришла в состояние сильного возбуждения, она весьма метко и остро высказывалась о каждой отдельной из многочисленных связанных с ее делами личностей; новое доказательство того, что теперешний отказ от ответов является следствием вытеснения. Здесь можно бы подумать о намеренном отказе, который вероятно без заметных границ переходит в болезненное вытеснение. Между тем бессмысленность и нелепая нецелесообразность всего поведения, далее его однообразное постоянство, однообразие клинической картины у самых разнообразных больных, отношение к другим несомненным формам проявления вытеснения — не оставляют никакого сомнения в том, что мы здесь имеем дело с непреодолимыми действиями, не направляемыми ясным размышлением. Совсем нередки при этом, как и в данном случае, преувеличенные самообвинения, которые становятся до известной степени на место вытесненного сознания вины и заменяют собой стремление себя обелить. Значение подобного рода картин болезни впервые было точно оценено Ganser'ом; поэтому мы говорим о “Ганзеровских сумеречных состояниях”. Их продолжительность обыкновенно не велика, но случайно они могут затянуться на несколько месяцев, иногда с сильными колебаниями. Если душевное напряжение исчезает, вследствие ли падения обвинения или благодаря осуждению или помилованию, то быстро исчезает и душевное расстройство. Так как в нашем случае нельзя ожидать скорого окончания судопроизводства, то мы вероятно должны еще рассчитывать на значительную продолжительность болезненных явлений.

Очень странную картину представляет 49-тилетняя незамужняя портниха (случай 53), которая вчера после обеда была к нам доставлена. Она судорожно прижимает левую руку к груди и затем начинает целовать и поглаживать руку, восклицая: “так ты, мой дорогой”; затем она вращает предплечье туда и сюда и говорит: “смотрите, как у меня двигается рука”. Теперь она двигает и правую руку; при этом она объявляет: “рука у меня качается, вы можете в этом убедиться. Это было еще не так легко, и это не так долго будет оставаться, это будет обнародовано”. На вопрос, что это обозначает, она отвечает: “я не могу ничего другого представить себе, кроме того, что это Младенец Иисус пражский”, она его держит на руках уже 3 недели. Как будто, чтобы убедиться в этом, она спрашивает левую руку: “правда 3 недели”? Затем трясет правую руку со следующим вопросом: “не четыре ли это недели?” Только после вопроса о 5 неделях, пальцы правой руки сильно согнулись и больная заявляет: “видите, теперь Младенец Иисус говорит — да”.

Нет никакого затруднения войти с больной в более близкое общение. Она рассудительна, ориентирована, охотно дает правильные ответы. Мы узнаем от нее, что ее брат умер в 40 лет от “воспаления мозговых оболочек”. В детстве, однажды, увидела она маленького ребенка, лежащего рядом с ней в кровати, который внезапно исчез; она и теперь думает, что это было в действительности. 13-ти лет она упала с сарая на левый бок, была без сознания семь дней и затем в течение 13 недель был левосторонний паралич; затем она совершенно выздоровела. Она всегда была очень набожна и прилежно говела. С 32-х лет она начала половую жизнь, жила с различными мужчинами вплоть до последних 3-х месяцев. Родила 4 раза, каждый раз мертвых детей. После одной ссоры ей пришло в голову, что так дальше не может продолжаться. Она поэтому снова пошла к исповеди, чего перед тем долго не делала, и вступила в религиозный орден. 2 месяца тому назад она получила заражение крови на левой ноге и должна была лечиться по предписанию врача теплыми обертываниями. Тогда пришла к ней женщина, которая утверждала, что она к ней послана. Эта женщина назначила холодные обертывания, которые действительно помогли. Эта женщина имела с давних пор видения святых и обладала поэтому даром ясновидения. Она рассказывала, что слышала голос Бога, Спасителя, Богоматери, святых и показывала записи этих голосов; у нее был полный чемодан печатных писаний собственного сочинения, хотя сама она вовсе не могла писать. Происходили заседания, во время которых эта женщина с закрытыми глазами с особенным выражением сообщала то, что ей было открыто свыше. Она получила повеление основать в Праге убежище для чудесного исцеления под названием “Heilkomfort”, для чего она собирала деньги. Для этого плана она заполучила 6 женщин, из которых одна пожертвовала 900 марок; эта женщина тоже видела младенца Иисуса, Матерь Божью, свет неизреченный.

Наша больная также начала, после того как услышала это описание, видеть свет перед сном. Затем зашевелилось у нее в левой руке, и она заметила, что у нее там родился “Младенец Иисус пражский”, о котором она незадолго перед тем прочла в молитвеннике. При чтении ее рука внезапно поднялась и стала вместе с ней читать; затем рука задрожала, так как ей было холодно, пока больная ее тепло не укутала; так она лежала спокойно всю ночь, как дитя в свивальнике; в руке было ощущение, как будто что-то дышало. В последние дни больная видела на своем одеяле массу прекрасных цветов. Затем все заблестело и засверкало в великолепнейших красках; это был плащ Младенца Иисуса. Его самого видела она несколько раз во сне; его голоса она не слышала, но получала ответы на свои вопросы посредством движений в руках. Несколько раз она должна была быстро, сильно дышать на свою левую руку, ей тогда казалось, как будто она вдыхает жизнь в ребенка. Святой дух также нисходил к ней, он появлялся внезапно среди ночи и сильно потрясал, как ветер, обе ее руки. В ней находится высшее существо, так что она своей собственной воли больше не имеет. При этом она чувствует себя счастливой, слишком счастливой. Женщине, которая ее обратила, она сделала небольшой денежный подарок и дала бельё. Она больше не работала, покупала четки, молитвенники, медальоны и собирала вокруг себя подростков.

Все эти сведения больная сообщает с большой словоохотливостью. К нашим возражениям относится довольно недоверчиво, ссылается каждый раз на то, что все ее знакомые верили в ту женщину и давали ей деньги; одна из них сама видела святого духа. Ее излечение также было очевидно, и вещие откровения оправдались. Ее способность суждения не велика, ее доводы поверхностны. Соматическое исследование хорошо упитанной, несколько бледной больной не дает заметных уклонений от нормы. История возникновения данной болезни ясна. Необразованная, довольно неумная больная, издавна склонная к вере в чудесное, попадает под влияние особы, которая будто бы имела отношение к сверхъестественному, вступала в общение с Богом и святыми и пророчествовала. Была ли это больная или просто обманщица мы не знаем; первое более вероятно. Во всяком случае она собрала вокруг себя небольшую общину, которая восприняла ее идеи и верила, что переживает чудесное; эта община на деле доказывала свою приверженность доброхотными пожертвованиями на будто бы благоугодное, большое предприятие. Именно такое общество, как это всегда бывает, дало благоприятную почву для взаимного влияния; восприятия одной из участниц очень быстро вызывали подобные же восприятия других. Мы обозначаем такую передачу болезненных расстройств от одной личности к другой названием: “индуцированное помешательство”. При этом по самому ходу дела обычно бывает, что первоначально заболевшая, индуцирующая личность обладает более сильной волей. Обыкновенно дело идет о параноиках (случай 58) или кверулянтах (случай 60), бредовые идеи которых, защищаемые с большой энергией, обыкновенно не слишком далеко выходят за пределы возможного. Особенно легко находят отклик в чужом сердце идеи величия, так как они открывают пленяющие надежды на участие в будущем блаженстве, подобно лотерее. В религиозной области, которая и без того принадлежит вере и пробуждает сильные эмоции, внушение наталкивается на наименьшее сопротивление, так что сравнительно легко дело доходит до образования небольших групп, которые окружают мнимого пророка, воодушевляются его словами и в конце концов доходят до соответствующих переживаний. Индуцируемые являются обыкновенно людьми со слабой критикой; легко поддаются влиянию, и обладают наклонностями, которые соответствуют направлению духа вождя. Так, мы слышим от нашей больной, что уже в детстве она имела замечательное видение и наряду с невоздержанностью всегда отличалась религиозностью. Наступивший после падения на стороне ушиба, позднее бесследно исчезнувший паралич был очевидно психического происхождения и свидетельствует о сильном влиянии, которое могут производить на больную душевные потрясения.

Признание, что мы здесь имеем дело с индуцированным помешательством, дает нам возможность предсказать дальнейшее развитие этого болезненного случая. Мы должны определенно ожидать, что с разобщением от индуцирующей личности эти своеобразные расстройства быстро исчезнут, хотя и не всегда появляется настоящее, критическое отношение к болезненным представлениям. Таким образом, вероятно наша больная в течение короткого времени освободится от своей одержимости пражским Младенцем Иисусом.

Не всегда расстройства, возникающие психическим путем, бывают так фантастичны и ярки, как в обоих представленных случаях; иногда они могут быть так неопределенны, что бывает трудно распознать их истинную природу. 35-ти летняя жена купца (случай 54), которая по моей просьбе готова рассказать о своей болезни, сообщает нам, что у отца ее матери был паралич ног, у матери же ее отца, а также у тетки было душевное расстройство. В детстве она была здорова, только очень боязлива и временами легко возбудима. В 21 год вышла замуж и родила двух здоровых детей, которым теперь 12 и 10 лет. После первых родов сделался перегиб матки, который вызвал необходимость употребления пессария. Уже лет десять больная замечает при ходьбе сильную утомляемость в ногах. В начале она могла еще гулять в течение часа, но постепенно слабость наступала все быстрее и была все больше. Три—четыре года тому назад к этому присоединились боли в голове и спине. В течение последних двух лет больная делалась все более неспособной к какому-нибудь напряжению: лежала без дела, не посещала больше общества, сидела все время дома. При попытке ходить она чувствовала себя уже через четверть часа настолько слабой и утомленной, что обязательно должна была сесть или лечь; бывали ощущения обморока. Год тому назад у нее была тяжелая инфлуенца. После того слабость увеличилась и распространилась также и на руки, особенно правую. Она уже не могла справиться с самой легкой домашней работой, не могла шить или вязать. Всякая попытка преодолеть слабость посредством напряжения воли и хотя в самой скромной мере повысить работоспособность терпела неудачу, в виду появления чувства непреодолимой усталости, связанной с дрожанием в руках и коленях. Равным образом все лечебные мероприятия, применявшиеся в течение ряда лет, не дали стойкого результата. Правда, в посещавшихся больной санаториях и курортах ей сначала становилось несколько лучше, но очень скоро старые недуги возвращались и даже усиливались. В заключение она прибегала к помощи целителя естественными силами природы, который лечил ее обертыванием глиной и ваннами, но также безрезультатно. Сон становился хуже, настроение часто плаксивое. При таких обстоятельствах у больной укрепилось убеждение, что ей больше ничего не поможет. Тем не менее она решила поступить к нам, так как она случайно услышала о другом случае, по ее мнению похожем на ее болезнь, лечение которого дало здесь благоприятный результат. Этот анамнез сначала как будто не дает основания думать о чисто душевной болезни; скорее можно предполагать возможность какой-нибудь исподволь развивающейся спинномозговой или нервной болезни. Для выяснения дела нам следует естественно предпринять соматическое исследование больной, которая выглядит цветущей, хорошо упитанной. Кроме некоторого повышения коленных рефлексов, как это весьма обычно бывает у легко возбудимых субъектов, больная не представляет ни малейшего болезненного уклонения. С другой стороны, при более подробном рассмотрении характера болезненных явлений мы видим, что больная относится всегда с напряженным ожиданием и большой тревогой к своему “уроку” — пятнадцатиминутной прогулке — и с часами в руке устанавливает момент, когда силы начинают ее оставлять. Все ее прежние интересы к природе, обществу, чтению, музыке, — мало-помалу поблекли перед большим вопросом, сколько бы времени она могла еще потерпеть; этим заняты ее мысли, когда она валяется без дела. При этом описании болезни ее глаза наполняются слезами, но несколько ободряющих слов быстро осушают эти слезы.

Из этих данных ясно, что больная мучается тревожными опасениями, которые направляют все ее внимание на исполнение “урока”. Что такие опасения значительно уменьшают силу и уверенность движений, — доказывает повседневный опыт: головокружения на узком мостике, дрожание колен при страхе, неловкость, причиняемая смущением. Напрашивается таким образом мысль, что как раз мучительное самонаблюдение больной, ее отчаянное малодушие и являются причиной ее несостоятельности. За это могла бы говорить также и безрезультатность различных способов лечения, которые ограничивались обыкновенными средствами: ваннами, электричеством, массажем, водолечением, лекарствами, но не могли прочно изгнать скрытого страха перед ухудшением страдания.

Если такое толкование правильно, то можно было бы говорить об “ипохондрическом” способе возникновения расстройств. Но ипохондрия, необоснованный страх болезни, есть, как это мы теперь знаем, неопределенный признак, общий для самых различных заболеваний. Если мы хотим подойти к более глубокому пониманию данного случая, то мы должны постараться выяснить причину опасений, тревожащих больную. Прежде всего можно было бы подумать о состоянии легкого циркулярного расстройства настроения, при котором мы встречаем как обычное явление — недостаток доверия к своим силам, ипохондрические представления и недостаток решимости. Но здесь нет течения приступами, перед нами медленно прогрессирующее страдание, при том же наша больная обыкновенно вовсе не тосклива, а лишь подавлена своей несостоятельностью. Равным образом, здесь не может быть речи и о бессознательных проявлениях эмоционного напряжения другого происхождения, с которыми мы впоследствии ознакомимся как с выражением истерии. — Здесь дело идет лишь о страхе перед неудачей, который оказывает ежедневное неблагоприятное влияние на успешность действия. Известное объяснение этому дает нам тот факт, что больная всегда была очень нерешительна и не обладала доверием к своим силам.

Действительно, это источник, из которого берет начало целый ряд “психогенных” расстройств. Едва ли есть хоть одна сторона деятельности, которая не могла бы быть задета этого рода расстройствами. Помимо стояния и ходьбы бывают, расстройства письма, глотания, зрения, мочеиспускания, заикание, известные расстройства засыпания, некоторые формы психической импотенции. Во всех этих случаях напряженное тревожное ожидание тормозящие действует на выполнение функции; отсюда название: “невроз ожидания”. Конечно, такой способ возникновения для самого больного часто бывает скрытым. Страх облекается в форму слабости или чувства головокружения, неуверенности, сердцебиения, беспокойства, иногда болей и ложных ощущений, которые могут иррадиировать и симулировать соматическое страдание. В самых тяжелых случаях, описанных Moebius'ом под названием: “Akinesia algera”, движение может сделаться совершенно невозможным вследствие тотчас наступающих сильных болей.

Исходным пунктом страдания служит обычно какое-либо случайное расстройство данной функции, которое беспокоит больного и привлекает на себя его внимание. Обусловленное этим обстоятельством ухудшение увеличивает тревогу и таким образом постепенно развивается неизлечимое взаимодействие, которое ведет к прогрессивному ухудшению болезненных явлений. Что именно в нашем случае дало первый толчок к развитию заболевания не может быть твердо установлено; быть может, это было ощущение слабости, оставшееся после родов, которое заставляло больную беречь себя и постепенно уничтожило доверие к собственной работоспособности. Само собою разумеется почва для этого должна была быть подготовленной; всегда дело идет в таких случаях о натурах боязливых, склонных к тщательному самонаблюдению.

Распознать сущность страдания — значит получить возможность ему противостоять и даже вовсе устранить. Прежде всего имеет значение выяснить самой больной описанные здесь взаимоотношения и убедить ее в том, что здесь дело идет не о телесном и не о неизлечимом страдании, а исключительно о следствии ее боязливости. Из этого само собою следует, что ей не могут помочь методы лечения, которые непосредственно не повышают ее доверия к себе и не устраняют ее тревоги. Единственный путь, который ведет к этой цели, это психическое успокоение путем ободрения, иногда в форме легкого гипнотического внушения и затем упражнение сил вместо их оберегания, которое лишь еще более вредило работоспособности. Мы будем рекомендовать больной делать регулярные попытки ходьбы и планомерно повышать под нашим руководством со дня на день ее усилия. Болезнь вероятно придет к быстрому и длительному улучшению.

Старческие душевные расстройства
Dementia praecox Schizophrenia
Парафрении
Генуинная эпилепсия
Психогенные заболевания
Маниакально-депрессивное помешательство
Паранойя
Истерия
Невроз навязчивых состояний
Импульсивное помешательство
Половые извращения
Врожденные болезненные состояния: нервность
Врожденные болезненные состояния: патологические личности (психопаты)
Врожденные болезненные состояния: задержка психического развития. (Олигофрении)
Состояния и болезни
Амнестический (Корсаковский) синдром
Припадки
Хорея
Сумеречные состояния
Делирантные состояния
Депрессивные состояния
Дипсомания, периодическое пьянство
Состояния возбуждения
Галлюцинаторные состояния (галлюцинозы)
Ипохондрия
Психология
Параноидные заболевания
Состояния слабоумия
Состояние ступора
Расстройства настроения
Состояния спутанности
Разговор мимо темы
Сопротивление
Отдельные симптомы при душевных заболеваниях и исследование душевнобольных
Опросный лист для исследования психического состояния
Испытание интеллекта по Binet-Simon
Важнейшие лекарства и лечебные мероприятия, имеющие значение в психиатрии


© 2008-2015 Все права защищены doktorstress.ru